Азлань. Прибежище слободских монахинь

Cвоё начало Азлань («Вперед» — Удм.) Слободского района получила от монастырского подворья, и всего сто лет назад её основное население составляли монахини и монастырские работники Христорождественского женского монастыря, для которого деревня была своего рода «подсобным хозяйством».

Мельницы на пруду в Азлани не стало в предвоенные годы, когда по недосмотру работников большая весенняя вода разбила старую мельничную плотину.

Мельницы на пруду в Азлани не стало в предвоенные годы, когда по недосмотру работников большая весенняя вода разбила старую мельничную плотину.

Нынешняя настоятельница монастыря игумения Феодосиея отправилась с журналистами «СКАТа» и сотрудником Слободского краеведческого музея, чтобы узнать подробности событий почти 100-летней давности, когда сам монастырь был закрыт (в 1924 году), а часть его насельниц, предположительно, нашла себе приют на этом подворье – подальше от глаз новой власти.

Их первым собеседником на земле Азлани стал Виталий Владимиров. Он подтверждает:

– Монастырское подворье было внушительным – помимо огородничества, рыболовства и разведения скота, была здесь даже собственная водяная мельница (на южной оконечности пруда, где и сегодня стоит плотина).

– …Но всё это, – заключает Виталий Витальевич, – я знаю со слов матери и её ровесников. А если кто и застал ту пору лично, так уж, наверное, Анна Михайловна Зембекова – ведь ей уже за 90.

Старый домик Анны Михайловны – в минуте ходьбы от той площадки, куда в прежние годы молодожёны приезжали фотографироваться после ЗАГСа. Для своих лет хозяйка ещё крепка – управляется по дому, в минувшем сезоне вырастила и собрала урожай картошки…

Она твёрдо помнит свои детские годы (дай Бог каждому в её возрасте) – но признаёт, что про судьбу монахов знает не больше нашего:

Анна Зембекова– Я родилась в Омсино и там провела первые пять лет своей жизни, пока в 1928 родители не привезли меня на тележке сюда. Только ни одного монаха к той поре уже не было в окрестности – видимо, их всех выгнали.

…Проект новой власти был таким: завладев монастырским подворьем, они собрали сюда бедное удмуртское население округи и создали коммуну. Тут-то и прозвучало впервые название «Азлань» – это было название коммуны (в переводе с удмуртского оно означает «Вперёд!» – любимый лозунг послереволюционной эпохи).

В конце 20-х о монастырском прошлом этих мест напоминали только развалины круглого строения (часовни?), где маленькая Аня играла с подругами.

А что же мельница? Её, – вспоминает А. Зембекова, – не стало в предвоенные годы, когда по недосмотру работников большая весенняя вода разбила старую мельничную плотину. В ту весну разломанное мельничное строение уплыло вниз по Ужоговице в матушку-Вятку.

Дальнейшая судьба Азлани типична для вятской провинции: в послевоенные годы молодёжь постепенно перебиралась в города за лучшей жизнью, а старики уходили в лучший мир. Так за полвека Азлань превратилась в «дачный посёлок», где постоянных жителей единицы, а большинство приезжает на выходные или в отпуск.

 

Подготовка публикации, фото – Михаил Спивак

Источник материала — skatinfo.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *